1добавить линч

Амнистия

Статья по заказу журнала "My Way" с заданной темой "Тщеславие, гордыня" для общего проекта "7 грехов" (опубликовано в №10 (18), ноябрь 2011)
==============================================================

АМНИСТИЯ

А с чего бы вдруг тщеславие и гордыня записаны в смертные грехи? Ну, надувается человек, подобно лоснящемуся мыльному пузырю. Ну, жаждет признания, похвалы и лести – кому от этого больно то? Что в этом самодовольстве такого, за что от Небесных Врат сразу в смоляной котёл?
Давайте разбираться.

Библия

Некоторые граждане, поминая семь величайших грехов, аппелируют к этой книге. А нет в ней такого перечня, перечитайте на досуге, перед сном. Есть Десять Заповедей, те самые. Выполняете хотя бы на треть – до безразмерного эго не скатитесь. Но какое-нибудь вырастет всё равно. Потому что, если уж вы на Земле, будьте любезны грешить. Безгрешные едут другим классом.

История

Всё всегда по-разному и сильно индивидуально. Шаблона, слава богу, нет. Кого-то именно тщеславие двигало к величайшим открытиям или откровениям в искусстве. Были, конечно, гении-затворники, славы не стяжавшие, а творившие оттого, что так они дышали. По другому не выжили бы. Но их - по пальцам. Из современных на ум приходит только учёный-математик Григорий Перельман, демоническим видом напоминающий тёзку своего, Распутина. И сильно добавивший внимания к себе именно тем, что избегает его как может. Такой вот парадокс.

Все остальные хлопочут аплодисментов и внимания ради. И это нормально. Иначе почти нечем было бы наполнять музеи, сцены, экраны, альбомы и энциклопедии.

Политика

Тут всё несколько хуже. Особенно, если речь идёт о карликах у власти. Не в медицинском смысле карликах, а в сравнительном ростовом. Этих гордыня и тщеславие накрывают так, что в итоге народ стонет, а государство становится тюрьмой, со всем её невесёлым антуражем. Вот тут да, грех смертный, не поспоришь. Получившие в детстве фатальную дозу унижения, карлики несут эту дворовую травму через всю свою жизнь. Стиснув зубы. И если добираются до высочайших кресел – тушите свет. Компенсируют по полной, заставят себя любить. Задействуют всё – пропаганду, опричнину, преданную элиту. Накормят собою до отвала, до тошноты. Ну, вы в курсе.

Лечение

Антидоты тут распределяются крайне неравномерно. Одни заболевшие собою так и доживают век в позолоте, почестях и полной уверенности, что назначены Самим. Этих ещё в семнадцатом веке беспощадно препарировал умница Жан Де Лабрюйер:

«Бывают недоумки и, дерзну сказать, даже круглые дураки, которым удаётся занять важную должность и жить до конца дней своих, утопая в изобилии. Хотя никому и в голову не придёт утверждать, что они добились этого трудом или предприимчивостью. Кто-нибудь — чаще всего простой случай — подвел их к источнику и сказал: “Хотите воды? Зачерпните”. И они зачерпнули»

Других жизнь нагибает ещё на взлёте. Публично, жёстко, наотмашь. Из этого числа большей частью и выходят самые злые на свете двуногие. Лишь избранные после вселенского подзатыльника смекают что к чему, получают за это новую картинку Мира и уходят её рассматривать.
В отшельники, до конца своих дней.

Наглядное

Тщеславен ли автор этих строк? Да что мы всё обо мне. Рассмотрим, товарищи, несколько других примеров.

Е.– актёр северского театра. АКТЁР – так будет правильнее. Если кто-то сейчас способен поддержать интерес к живому театру, то он как раз из таких. Траектория причудливая: Северск, трудяга СХК - театральное училище в Ярославле – питерские театры – Северск, ТЮЗ. Тщеславен? О, да. В том смысле, что где попало, с кем попало и что ни попадя играть не будет, а тщательно выберет. Если есть из чего. Не будет выбора – пошлёт и уедет со спиннингом на Томь, за судаком.

Не путаю ли я тут тщеславие с элементарной брезгливостью? Нет, не путаю. Е. тщеславен в том смысле, что репутацию свою актёрскую ценит и бережёт, признание ему необходимо в чистом виде, без медалек. Просто чтобы понимать, что всё не зря и он не просто так.

О. – коллега Е. по актёрскому цеху. Только трудится в Москве, в трёх минутах от Кремля, в «Маяковке». Там, где Костолевский, Немоляева, Симонова, Филиппов. А начинала О. с невероятно продвинутой для 80-х танцевальной студии в Северске. Солировала, между прочим. Потом вдруг перешла в том же Доме Культуры в студию театральную. Серьёзных ролей там не получала, большей частью – «шум ветра за кулисами». И вот, чёрт его знает, то ли обида, то ли жажда признания вырвали её из городка, где всё было понятно, предсказуемо и совсем неплохо в плане бытовом. В промозглый Питер. А там ни поддержки, ни связей, ни денег, ничего. Только желание учиться.

Несколько лет О. ради комнаты в коммуналке на Пирогова близ Исакия подметала местные дворы и таскала огромные мусорные баки. С утра – метла, днём – Гнесинка. Ничего, выдюжила. Прорвалась.

Не могу сказать, что сейчас у О. всё в шоколаде. Но давнюю мечту свою она реализовала.
Смогла бы без гордыни, без тщеславия? Не знаю, не уверен.

Л. – начальник отдела в частной томской компании. Всегда подтянута, чрезвычайно щепетильна в стиле, со всеми на холодной подчёркнутой дистанции. Считает себя чуть ли не единственным движущим звеном предприятия и всем своим поведением требует постоянного признания этого факта. Ожидаемой реакции не получает и периодически сваливается в такие эмоциональные пике, что колбасить начинает всю контору. Но, хоть убей, в производственной сфере своей – профессионал, дело знает, подчинённых держит в кулаке. Чрезвычайно полезный в системе человек. При всех издержках.

Т. – редактор томского гламурного журнала. Амбиций – на целый выпуск Кембриджа. Цену себе не просто знает, а ещё и развешивает эти ценники повсюду, на все доступные крючочки. При недолгом отстранённом наблюдении кажется патологически самовлюблённой, помешавшейся на брендах и умело манипулирующей другими гражданкой. А подойдёте поближе – совсем другой коленкор. И любит, по счастью, не только себя, и самоирония у человека такая, что прощаешь всё. И умна достаточно для того, чтобы большую часть своего тщеславия трансформировать в творчество.

Все эти люди априори приговорены к аду религиозными постулатами.
Аминь.

Выводы

Я честно скажу, когда корпеть над текстом начинал, не знал к чему приду и чем закончу. Теперь знаю /наливает себе из графина/:

Не грехи это, товарищи. А инструменты. Полезные в одних руках. Убийственные в других.
У меня всё. Благодарю за внимание.

Виктор Traveller
Статьи
Теги: my way

  • paulart [pavel] 11 ноября 2011 12:13
    хм интересный взгляд, но грехи по сути не для окружающих нас) Я думаю, в первую очередь они губят наши души. Разве грехи не так истолкованы?:)
    - Виктор, скучаем по твоим фото-работам, давно не публиковал:)
  • Виктор [Traveller] 11 ноября 2011 12:39
    Да, бОльшая часть грехов из "семёрки" - это саморазрушение. Но тут пытался показать, что и в этой части есть сомнения. Тем же молотком можно убить, а можно и дом построить ;0)
    * По фотографии, как процессу, скучаю сам. Но не снимаю уже года 2, хрен знает почему.
  • paulart [pavel] 11 ноября 2011 15:13
    про молоток - это точно подмечено! согласен.
    -извиняюсь что не по теме - с ужасом думаю про себя, вот так вот 2 года ни чего не рисовать:)
  • Ольга Рубцова [VladaShokolada] 11 ноября 2011 12:53
    блин, темы в эмвее майвее доставительные вообще, конечно. ПИ и сокоманда рулят.
    или это твоя идея, Виктор? просто никак не могу понять концепцию сего прекрасного издания...
  • Виктор [Traveller] 11 ноября 2011 13:09
    Не, идея точно не моя. Я там не в команде (не в штате). Есть прямой заказ мне и тема - пишу на удалёнке.
  • Вы должны зарегистрироваться, чтобы комментировать